ЯРКИЕ ВОСПОМИНАНИЯ ДЕТСТВА
 |
Детские воспоминания.… Кажется, они существуют вне нас, живут своей, особой жизнью. Со временем отходят подальше, маскируются среди
старых вещей, прячутся в самые дальние уголки памяти, чтобы однажды, зацепившись за что-то извне, вспыхнуть ярко, озарить события
давно минувших дней, выхватить из прошлого образы, уже ушедшие от нас…
«Тик-так… тик-так…» - бережно, чтобы не расплескать, старые мамины ходики качают время, и оно течёт ровно, как десять, и двадцать,
и тридцать лет назад. Сколько раз я возвращалась сюда – с поражениями или победами – а они всё поют спокойно-утвердительно свою
размеренную песню: «Тик-так.…Тик-так…»… Тени на свежевыбеленной стене рисуют воспоминания, потом они исчезают, чтобы в очередное
возвращение появиться и опять вернуть меня туда, в загадочный мир детства…
… - Папа приехал! – и мы с братом кубарем летим с подоконника на кухне, собирая за собой гармошки из самотканых половичков, в комнату,
где уже накрыт стол.
|
Наши гости уже пришли – это мамины и папины друзья. Каждый праздник они встречают вот так, все вместе, а сегодня
– всем праздникам праздник! Сегодня - мамин юбилей. На комоде горделиво стоят нарисованные и подаренные нами открытки, гости принесли
что-то, завёрнутое в блестящую бумагу, и нам не терпится посмотреть - что же там? До этой минуты все ждали только папу – ему пришлось
выехать на срочную операцию, и мы очень волновались, хорошо ли он доберётся назад и успеет ли на праздник.
Но вот, наконец, распахивается входная дверь – и в клубах холодного пара появляется папа. Пахнущий сибирским морозом и больницей,
он вносит в дом полное ощущение праздника – вот мы опять все вместе! Мама суетливо гремит посудой и приглашает гостей к столу,
на угощение – с пылу, с жару! Папа сбрасывает полушубок в прихожей и входит в комнату. В руках у него мы видим свёрток, перевязанный
красной ленточкой.
- Мать… - папа смущается, теребит ленточку, и мы с братом, желая его подбодрить, жмёмся к нему. Как мы любим такие трогательные моменты!
Мама стоит у стола, её плечи вздрогнули, и слёзы вот-вот готовы брызнуть из глаз! Наши родители очень внимательны друг к другу и сдержанны,
но какая глубина была в этой сдержанности! Мы с братом ощущали, что она до краев наполнена нежностью, верностью и любовью…
А сейчас наш, обычно молчаливый, папа, смущаясь и краснея, хочет сказать что-то очень хорошее, но не находит нужных слов
- они меркнут, потому что не в силах передать оттенки его чувств.
- Мать… Ты у нас одна… Это – тебе! – падает на пол ленточка, следом за ней – бумага, и на волю вырывается настоящее пламя
павлопосадского платка! Тонкая расписная ткань, ещё хранящая морозный дух,
в руках у папы переливается, играет всеми красками,
стекает на пол длинной шёлковой бахромой. Зачарованные таким великолепием, мы с братом замираем в восхищении. Тихое «Ах-х!»,
произнесённое гостями, наполняет комнату бликами и, пробежав ветерком, мотыльком мечется в люстре, тихонько звеня стекляшками…
Мама – она не может взять подарок, потому что руки её закрывают глаза, а подбородок предательски дрожит. Папа неумело накидывает
павло-посадское чудо на мамины плечи. Невозможно отвести взгляд от платка – он словно завораживает, манит, рассказывает…
- Ну, будет.… Хватит плакать-то! Или не нравится? – папин голос тоже выдает его волнение.
Мама, уже улыбаясь, отнимает руки от заблестевших глаз, щёки её пылают. Она мягко поправляет
павлопосадский платок
и, прильнув к папе,
целует его в обе щеки:
- Спасибо, Толя!
И сразу все заговорили, задвигались, зазвенели посудой, весело смеясь. Мама не снимает павлопосадский платок с плеч.
Она похожа на сказочную Жар-птицу
с волшебно-ярким опереньем и спускающимися по бокам крыльями. Мы с братом, восхищённые, сидим рядышком, перебираем шёлковые нити бахромы,
пальчиками водим по платку, по чудесным алым цветам и многочисленным завитушкам на полотне. Платок дарит столько энергии и тепла,
что комната сияет, переливаясь всеми цветами радуги, и всем очень жарко от этого фонтана пламени.
В этот зимний тёмный вечер платок был солнцем, вдруг заглянувшим на праздник, да так и оставшимся с нами.
Как же он был дорог, этот папин подарок! Мама бережно складывала его, уголок к уголку, и хранила в шкафу, завёрнутым в полотняную салфетку.
А когда наступал особенный день – раскрывала дверцу шкафа, брала в руки свёрток, отворачивала уголок – и вновь на свет вырывалось весёлое
и гордое пламя павло-посадского платка, торжествуя и заполняя сиянием всё пространство!
«Тик-так… Тик-так…» - ходики не идут на компромисс и не останавливают чудесные мгновения. Мы с братом вновь в родительском доме
– уже повзрослевшие, со своими семьями. Мама у окна, на плечах – платок. Точно так же, как тогда. Этот же дом, эти же люди,
эти ходики… На комоде – папин портрет с чёрной ленточкой, восковая свечка в стакане с пшеницей и рюмка с водкой, накрытая
кусочком ржаного хлеба. Мама, маленькая и сгорбленная от горя, уже не плачет, но гладит, гладит на своих плечах павлопосадский платок.
Перебирает губами, разговаривая с папой… Платок как будто даёт ей сил держаться, она обнимает его на своих плечах, кутается,
пытаясь спрятаться в него, уйти в воспоминания – туда, где папа жив…
Павлопосадский латок – свидетель всех событий, счастливых и печальных. Он стал центром нашей вселенной, он стал миром, где царят тепло и уют.
Этот платок – сам по себе яркий акцент моды, которая была и будет всегда. Это – время, в унисон ходикам замершее на какой-то
особо пронзительной ноте. Когда-то подаренный папой, он стал символом семьи, той отправной точкой, от которой начинают мерять свой путь;
той самой точкой, от которой уходят, но обязательно к ней возвращаются в поисках истины. Павло-посадский платок проводил
папу в последний путь - и встретил в свои объятия маленьких внуков.
С тиканьем ходиков течёт, меняется жизнь. В мир приходят новые люди, в родительском доме меняются вещи.
По соседству вырос добротный дом брата – он остался с семьёй в деревне. У маминой калитки кружевами разрослась рябина,
посаженная нами в день папиных похорон. Я уезжаю в город, чтобы продолжать работу и учить детей.
Новые заботы накрывают нас с головой и вращают по спирали времени…
… Мы с детьми сбегаем из города на нашей старенькой машине каждый раз на рассвете, пока свободна дорога,
чтобы успеть к маминым горячим пирожкам из русской печки. И, выныривая по ухабистой дороге из-за рощицы,
мы всегда видим первым наш дом на пригорке, узоры рябины возле него – знакомые до боли! Белые или красные,
обрамлённые завитушками зелёных листьев, повторяя узоры родного павлопосадского платка, они качаются на ветру,
как будто приветствуют и зовут нас. Эти узоры неизменны в своём великолепии, их краски из года
в год остаются такими же сочными и яркими, как воспоминания детства. Ещё издалека мы видим маму,
вышедшую к калитке нас встречать. Как всегда, она обнимает на своих плечах павло-посадский платок.
Конкурсная статья Автор Krissa

|